Вчера в Москве в рамках юбилейного тура «30th Anniversary of Space» выступили ветераны французского электропопа – «маленький принц синтезаторов» Дидье Маруани со своей легендарной группой. В прошлый раз, когда мы связывались с Дидье накануне его российских гастролей, часть вопросов осталась за рамками интервью. Публикуемый ниже материал, надеемся, ликвидирует этот пробел.

«Yтро»: Как известно, ваши первые гастроли в Советском Союзе проходили в основном на больших площадках. В этот раз вы выступали в Кремлевском дворце. Что вам больше по душе – играть перед камерной аудиторией, в концертном зале или на больших стадионах?

Дидье Маруани: На самом деле, мне одинаково нравится и то и другое, но ощущения в каждом случае совершенно разные – как для артиста, так и для публики. Играя в среднем зале вместимостью 5-6 тыс. человек, ты находишься достаточно близко к зрителям, ты можешь видеть и слышать их и даже касаться их рук; отличный контакт, и аудитория замечательно реагирует на все происходящее. На стадионах и больших сценах концерты получаются более зрелищными – там нужны гигантские экраны и множество разных эффектов, которые не получается использовать в обычных залах. В зависимости от величины площадки, мне приходится совершенно по-разному строить взаимодействие с моими звуко- и светоинженерами. Но главная проблема на «мега-концертах» в том, что ты слишком далеко от публики и не можешь в должной мере ощущать ее реакцию. Конечно, люди тебе аплодируют, но… Если позволите такое сравнение, одно дело смотреть на прекрасную девушку – такую, что раньше не мог и представить, что такая красота существует, и совсем другое – обнимать другую симпатичную девицу, говорить с ней и целовать ее в губы.

«Y»: Насколько вам близка классическая музыка и кто ваш любимый классический композитор?

Д.М.: Я очень люблю Шопена, Моцарта и Бетховена; музыка этих трех авторов одновременно мелодична и романтична, строга и чувственна…

«Y»: Сегодня многие электронные музыканты обращают свое внимание в сторону этнической музыки, в частности восточной. Нет ли желания сделать что-либо в подобном ключе?

Д.М.: Вы знаете, я никогда не стремился безоговорочно следовать музыкальной моде. Да, было время, когда «Magic Fly» и другие пьесы Space возглавляли хит-парады и крутились на дискотеках всего мира, но изначально я не задумывал их как музыку для танцев. Просто тогда был самый пик эры диско, и мои композиции сразу пришлись ко двору. Их охотно крутили и по радио, и на телевидении, но, поверьте, их написание вовсе не было данью моде. Может быть, это одна из причин, почему мои песни сохраняют актуальность все эти годы и сегодня на мои концерты приходят 16-18-летние. В последнее время я слушаю множество самой разнообразной музыки, и, может быть, однажды мое вдохновение вынесет меня в направлении какой-либо этники… может быть, это произойдет во время путешествия по другой стране… кто знает, откуда придет вдохновение?..

«Y»: Знакомы ли вы с современной русской электронной сценой?

Д.М.: Не слишком хорошо: я знаю несколько ваших групп, которые делали ремиксы на мои песни и добились большого успеха. Например, ППК, пару лет назад выполнившие ремикс на «Magic Fly», ставший весьма популярным в Европе и Англии; мне их работа тоже очень понравилась. Также я знаю группу «Volga» и их композитора Алексея Борисова. Надо заметить, я достаточно часто получаю запросы от русских диджеев и электронщиков с просьбой позволить сделать ремикс на мои композиции. Вообще, я обожаю слушать свои песни (почему-то Дидье упорно именует свои инструментальные опусы «песнями» – авт.) в обработках других музыкантов.

«Y»: В каких наиболее экзотических местах вам случалось выступать?

Д.М.: Полагаю, это было в Кайенне, столице Французской Гвианы. Европейское космическое агентство попросило меня дать большой концерт на празднике в честь десятилетия запуска французской ракеты «Ариан». Нам, разумеется, пришлось везти все наше оборудование – звук, свет, лазеры и инструменты – из Франции. Но по прибытии начались трудности с монтажом сцены. Все время лил такой сильный дождь, что однажды Yтром я просто был вынужден отправиться к командованию французскими войсками – чтобы довести до их сведения, что мы, музыканты, готовили это шоу полгода, но оно неминуемо сорвется, если господа военные не сподобятся нам помочь в подготовке сцены. К счастью, командующий понял меня правильно, и уже через час несколько тысяч солдат прибыли в наше распоряжение. Сцену успели собрать вовремя; концерт тоже весьма удался. Вот такой замечательный вышел праздник.

«Y»: Бывали ли в жизни моменты, когда вам приходилось жалеть о том, что вы избрали карьеру музыканта? Кем бы вы стали, если бы не занялись музыкой?

Д.М.: Музыка вошла в мою жизнь с пятилетнего возраста, и уже в 9 или 10 лет у меня не было никаких сомнений в том, что я буду заниматься ею до конца своей жизни. Это моя страсть, и я никогда не жалел об этом выборе, даже если мне случалось работать по 15 часов в день. Я считаю, что мало кому удается жить в согласии со своими эмоциями, и каждый день стремлюсь выразить все новые и новые впечатления – посредством музыки.